История о том, что Ленин сразу после революции объявил чай государственно важным напитком, оказалась не такой однозначной. Упоминание «декрета о чае» встречается у историка кулинарии Вильяма Похлёбкина, однако содержание документов 1918 года не подтверждает его трактовку.
Не забота о чаепитии, а налог
21 апреля 1918 года Совет народных комиссаров опубликовал постановление об акцизе на чай. Налогом облагались все виды напитка, кроме плиточного и кирпичного. Ставка зависела от происхождения, сорта и цены: например, для импортного чёрного чая высшего сорта акциз был заметно выше, чем для русского. Если смешивали чай из России и из-за рубежа, применялась более высокая ставка.
В документе говорилось, что правила вводятся «впредь до введения казённой чайной монополии». Иными словами, акциз был временным инструментом, пока государство готовилось установить более полный контроль над торговлей. Ни бесплатной раздачи чая рабочим, ни особых цен для разных классов постановление не предусматривало.
Чай оказался в компании табака и вина
Весной 1918 года власти устанавливали акцизы и на другие товары: спиртное, дрожжи, спички и табачные изделия. В постановлениях о чае и табаке также упоминалась будущая государственная монополия. На фоне финансового кризиса налоги на широко продаваемые товары должны были пополнять казну.
В сентябре того же года отдельный документ ограничил цену высшего сорта импортного чёрного байхового чая: она не должна была превышать 30 рублей за фунт с учётом акциза.
Как возник миф о «ленинском чае»
В книге «Кухня века» Похлёбкин связывал документ 1918 года с особым государственным отношением к чаю и противопоставлял эту якобы ленинскую заботу советскому общепиту 1930-х. В другой своей работе он описывал декрет иначе — как систему распределения напитка с льготами для рабочих. Но такие положения не содержатся в постановлении об акцизе.
Вероятно, под названием «декрет о чае» у Похлёбкина соединились разные решения, касавшиеся налогообложения, торговли и снабжения. Самый известный документ из этой серии был прежде всего фискальной мерой: в разгар разрухи государству требовались доходы, а чай стал одним из объектов налогообложения.